хорошее самочувствие было скорее следствием 
пробуждения воли, чем реального выздоровления. Каждый шаг давался с трудом,
дыхание учащалось, и 
время от времени ему приходилось останавливаться и отдыхать. Но тем яснее он
ощущал, что его воля 
крепнет с каждым шагом и не мог не радоваться этому. Он был способен бороться с
усталостью и 
слабостью, а значит, его ослабленное годами неподвижности тело вскоре снова
сможет верно служить 
ему.
     Однако у него была цель, и он хотел как можно быстрее добраться до нее.
Поэтому Йонас 
остановился на углу, вызвал гирокар и назвал найденный в базе данных адрес.
Теперь у него была 
возможность присмотреться к городу.
     Он находился в торговой зоне северного района. Шести- и восьмиэтажные дома
тонули в зелени. 
Магистрали состояли из шести полос, расположенных ступенчато - по три с каждой
стороны: для 
такси, грузовиков и личного транспорта. Здесь и там их пересекали тоннели и
эстакады. По тротуарам 
шли чинные адвокаты и клерки в темных костюмах, белых и серебристых рубашках.
Вокруг них 
клубилась пестрая толпа: на нижней террасе было множество роликобежцев, людей на
движущихся 
стульях, ближе к домам устроился всякий сброд - нелегальные торговцы, калеки,
нищие. 
     Таксист уверенно направил свой гирокар на верхнюю террасу, туда, где
движение было самым 
быстрым и напряженным. Возможно, его уверенность основывалась на том, что ему
почти ничего не 
приходилось делать - машину вел автопилот. Человек присутствовал за пультом
якобы для того, 
чтобы взять на себя управление при отказе электроники. Но такого до сих пор ни
разу не случалось. 
Зато это правило позволяло создать рабочие места для множества людей.
     "Ну вот мы и на месте, - сказал водитель, когда гирокар подрулил к
тротуару. - Исторический 
музей. Здесь всегда легко найти стоянку".
     Йонас засунул карточку в щель считывающего устройства, отсчитал плату за
проезд и чаевые и 
вылез из машины. Пред ним был огромный, во весь фасад здания, г

Было заметно, что новые шаги, еще еле слышные из глубины здания, понравились ей куда меньше.