ную лотерею, благодаря 
которым он и существовал. Когда Питтман вошел и попросил выпить, бармен, 
казалось, был шокирован. Ему редко доводилось встречать законопослушного 
гостя.
   Питтман вертел в руках стакан с двойным бурбоном со льдом и решал 
напечатанный в газете кроссворд. Лишь бы отвлечься. Берт тоже пытался его 
отвлечь и преуспел в этом. А вот кроссворд не дал никакого эффекта. В 
сознании Питтмана бились два слова: Джонатан Миллгейт.
   Питтману уже довелось однажды работать над статьей, посвященной 
Миллгейту. Это было давно, еще до смерти Джереми. Питтман в то время 
занимался внутриполитическими проблемами. Семь лет тому назад ходили 
слухи, что Джонатан Миллгейт якобы выступал посредником в одной из 
секретных операций Белого дома, в ходе которой некоторым правым режимам 
Латинской Америки нелегально поставлялось оружие в обмен на содействие в 
войне с наркотиками. Больше того, люди шептались о том, что Миллгейт 
получил кругленькие суммы как от латиноамериканских диктаторов, так и от 
производителей оружия за посредничество в этом тайном бартере.
   Однако Питтману так и не удалось обнаружить фактов, подтверждающих 
эти слухи. Миллгейт, долгое время пребывавший в центре общественного 
мнения, стал на удивление незаметной, скрытной личностью. Свое последнее 
интервью он дал в 1968 году, после весеннего наступления вьетнамцев, 
ведущему сотруднику "Вашингтон пост", в котором выразил свою полную 
поддержку намерениям администрации Никсона направить во Вьетнам крупные 
контингенты американских солдат. Поскольку Миллгейт пользовался огромным 
авторитетом, его высказывания, безусловно, воспринимали как точку зрения 
других консервативных специалистов-политологов и как позицию его коллег - 
"Больших советников". Все считали, что Миллгейт, по существу, 
пропагандировал политику, разработанную самими "Большими советниками", 
которые позднее сумели убедить Белый дом взять авторство на себя. Суть 
политики состояла в том, чтобы еще

].