ь в обнимку/На фоне Пушкина! И птичка вылетает" (Стих.- С. 
196).
         По матери армянин, по отцу грузин, О. считает себя "арбатским 
человеком, воспитанным на русской культуре литератором". Но "грузинское" 
лирическое начало звучит во многих его стихах и образах ("Грузинская песня", 
1967, и др.). О. воспел мир старого Арбата с его особой атмосферой жизни и 
человеческих отношений во многих песнях и стихах: "Ах, Арбат мой, Арбат!", 
"Арбатский дворик", "Арбатский романс", "Надпись на камне" и др. Арбат у О. не 
только городское пространство, но и пространство души, поэзии, судьбы. У 
арбатского дворика человеческая душа, сама улица течет, как река, движется, 
несет в себе радость и беду. Арбатское начало породило в поэзии О. множество 
неологизмов: "Арбатство, растворенное в крови,/Неистребимо, как сама природа" 
(Стих.- С. 263). С гордостью причисляет себя поэт к высокому званию "дворянина с

арбатского двора,/Своим двором введенного в дворянство". С музыкой арбатского 
двора во многом связано бытование жанра городского романса и сентиментальной 
песенки в лирике О.
         Музыкальность, песенность, мелодичность - отличительные особенности 
поэзии О. По замечанию 3. Паперного, "картины окружающей жизни воспринимаются 
Окуджавой музыкально, как мелодия, которая словно вбирает в себя слова" 
(Паперный 3. Единое слово.- С. 231). И вдохновение у него неотделимо от ожидания

мелодии как некоего особого начала: "И вот, уже от слез на волосок,/Я слышал 
вдруг,/Как раздавался четкий/Свихнувшейся какой-то нотки/Веселый и счастливый 
голосок" (Стих.-С. 151).
         Музыкальность обнаруживается в каждой клеточке стихов О., в рефренах и 
повторах, вопросах и восклицаниях: "Ах, музыкант мой, музыкант!", "Ты что 
потерял, моя радость?"- кричу я ему" и т. д.- в романтическом "струении" стиха, 
музыкальной ритмической и интонационной волне. Музыка как героиня творчества О. 
объединяет и восстанавливает разрушенную гармонию: "Все стало на свои ме

Второй корабль получил пробоину в носовой части, и многих, что барахтались в воде, успели поднять на третий корабль еще до того, как он повторил участь первого.