ольцов  был  особенно  дорог  Огареву  своей близостью к народу. Огарев жил
интересами  современной  русской  литературы  и  был  в  курсе всего нового.
Множество  оригинальных  и метких суждений рассыпано в его статьях и письмах
-  о  произведениях  Герцена,  Тургенева,  Некрасова,  Щербины, Островского,
Кохановской и других русских писателей.
     В  1865  году  Герцен и Огарев вынуждены были перевести Вольную русскую
типографию  из  Лондона  в  Женеву,  в средоточие русской эмиграции. Огареву
пятьдесят  три  года,  но тяжелая болезнь настолько подточила его физические
силы,  что  видевшая  его  тогда  А.  Г.  Достоевская  назвала его "глубоким
стариком".  Тем не менее дух Огарева был непоколебим. Он продолжал неустанно
трудиться.  Ему  часто  приходилось  редактировать "Колокол" одному, так как
Герцен вынужден был выезжать по делам.
     Авторитет  "Колокола" начал падать, - стало очевидным, что дело свое он
с   честью   выполнил,  но  время  его  прошло.  В  России  его  критиковали
Чернышевский  и  Добролюбов.  В  Женеве  его  "умеренные позиции" раздражали
соратников  -  Нечаева  и  Бакунина  -  молодых  революционеров,  склонных к
решительным   действиям  вплоть  до  террора.  Герцен  не  считал  возможным
сотрудничать  с  ними. Огарев, наоборот, искал с ними сближения, общих точек
соприкосновения,  что,  как  он  полагал, было необходимо для общей борьбы с
самодержавием. В 1868 году издание "Колокола" прекратилось.
     В  женевский  период  Огарев  мало  написал стихотворений, но ему тогда
посчастливилось   создать   третью   часть   своего   главного  поэтического
произведения  -  поэмы  "Юмор".  Ключом к этой части может служить строфа из
нее:

     Покинул я мою страну,
     Где все любил - леса и нивы.
     Снегов немую белизну,
     И вод весенние разливы,
     И детства мирную весну...
     Но ненавидел строй фальшивый -
     Господский гнет, чиновный круг,
     Весь "царства темного" недуг.

     Не  могло  быть  для

Сумма была столь неправдоподобна, что совокупное правительство Франции, Германии и Англии не смогло устоять.