ко быть профессионалом сразу в нескольких областях очень 
трудно (практически невозможно). Как правило, такой человек в каждой отдельной 
области уступает узкому специалисту и считается дилетантом. Отсюда вывод, 
звучащий несколько парадоксально: к творчеству способны скорее, дилетанты, 
нежели узкие профессионалы.
Во-вторых, необходимо видеть противоречия, возникающие при сопоставлении аксиом 
(или правил) разных областей. Иными словами, надо уметь видеть парадоксы. Это 
дано не каждому. Большинство людей склонны не замечать их и не думать о них - 
так жить спокойнее. Именно это имел в виду А.К. Толстой, строки которого 
приведены в эпиграфе.
В-третьих, из изложенного следует, что акт творческого озарения происходит в 
конце перемешивающего слоя. Именно тогда, когда наступает "момент истины" и 
"внутренний голос" может подсказать верное решение с вероятностью, близкой к 
единице.
Как было показано выше, эти понятия в современной науке имеют не мистический, а 
вполне определенный математический смысл.
Применительно к человеку это означает, что перед актом творчества он переживает 
состояние нервозности, неуверенности, растерянности, в течение которых 
происходит хаотический поиск выхода. В конце этой стадии наступает "момент 
истины" (озарения) и "внутренний голос" подсказывает решение. Выходу из этого 
состояния может способствовать внешний стимул типа встряски (как правило, 
непредвиденной и неожиданной).
Согласно Б.М. Кедрову [20] именно это переживал Д.И. Менделеев в день открытия 
таблицы элементов. Анатоль Франс писал о том же в несколько парадоксальной, 
характерной для него, форме: существуют ситуации, из которых можно выйти не 
иначе чем с помощью некоторого помрачнения рассудка.
Эти соображения относятся к психологическим аспектам творчества, но отнюдь не 
исчерпывают их.
Применительно к обществу в целом, можно сказать, что "момент истины" в нем тоже 
существует и играет важную роль в творчестве. До этого момента даже гениальны

Ладно, отключаюсь, хоть и защищенная линия, а мало ли… Привет! – Десять минут десятого, – отец Лотар кусал губы.